Медведев: и я и ВВ – мы всё-таки разные люди


© Изображение из открытых источников
По словам президента Российской Федерации Дмитрия Медведева, представить, что они с премьером Владимиром Путиным, с которым их связывает не только работа в Кремле, одновременно пойдут на выборы-2012, трудно. Однако, глава государства признает, что для страны политическая конкуренция все-таки необходима.
Дмитрий Медведев не хочет, чтобы в выборах президента РФ в 2012 г. участвовали одновременно он и Владимир Путин. Об этом он, наконец, отчасти порадовав, уже почти отчаявшихся журналистов, которые не раз интересовались о политических планах главы России, заявил в интервью газете The Financial Times, данном в рамках Петербургского экономического форума.«Вы знаете, я думаю, что это трудно себе представить по одной причине, как минимум. Дело в том, что мы с Владимиром Путиным (и с моим коллегой, и старым товарищем) все-таки в значительной мере представляем одну и ту же политическую силу. В этом смысле конкуренция между нами, она может пойти во вред, собственно, тем задачам и тем целям, которые мы реализовывали последние годы. Поэтому, наверное, это был бы не лучший сценарий для нашей страны и для конкретной ситуации», - заявил Дмитрий Медведев, подчеркнув, что считает политическую конкуренцию необходимым условием нормального развития России.При этом Дмитрий Медведев как обычно избежал четкого ответа на вопрос о том, собирается ли он баллотироваться на второй срок. «Я считаю, что любой руководитель, который занимает такую позицию, как президент, он просто обязан хотеть баллотироваться. Другой вопрос, будет ли он для себя это решение принимать или нет, вот это решение несколько отстоит от его желания», - сообщил Дмитрий Медведев.Стоит отметить, что подобной риторики в преддверии выборов придерживаются оба участника правящего тандема…Интервью газете «Файнэншл Таймс»:Н.БАКЛИ: Добро пожаловать в Санкт-Петербург в очень интересное время для России. Через несколько месяцев пройдут парламентские и президентские выборы, которые сформируют облик страны на предстоящие шесть лет.Я очень рад, что сегодня у меня есть возможность пообщаться с Президентом Российской Федерации Дмитрием Медведевым.Первый вопрос, не самый оригинальный вопрос, извините. Но я думаю, что весь мир ждёт ответа.Вы хотите баллотироваться на пост Президента в следующем году?Д.МЕДВЕДЕВ: Да, это не самый оригинальный вопрос, это уже, знаете, как такая игра, значит: этот вопрос задают и понимают, что на него будет получен вполне очевидный ответ. Но я Вам скажу одну вещь: я считаю, что любой руководитель, который занимает такую позицию, как Президент, он просто обязан хотеть баллотироваться. Другой вопрос, будет ли он для себя это решение принимать или нет, вот это решение несколько отстоит от его желания. Вот таким образом я отвечу Вам, а всё остальное я сказал только что на панельной дискуссии, когда предложил ещё немного потерпеть и ещё некоторое время соблюсти интригу, так будет интереснее.Н.БАКЛИ: Но Вам нужен второй срок, чтобы завершить Вашу программу, Вы объявили очень амбициозную программу. Вам нужен второй срок, да?Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо за оценку программы, мне это на самом деле лестно слышать. Что касается второго срока, то, прежде всего, он, конечно, нужен не мне, а ответ на этот вопрос должны дать люди, потому что именно они определяют, хотят они видеть того или иного человека или не хотят. И я, как действующий политик, буду исходить из этого при принятии решения. Я полагаю, что ждать осталось совсем недолго, и я надеюсь, что это будет правильное решение для Российской Федерации и для меня лично.Н.БАКЛИ: Но Вам не кажется, что неясность по этому вопросу влияет на инвестиционный климат страны? В недавнее время мы видели очень большой отток капитала из страны.Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, это, кстати, очень хороший вопрос. Я считаю, что мы все: и Президент, и Правительство, и парламент – должны сделать всё от нас зависящее, чтобы подобного рода неясности не влияли на наш инвестиционный климат. Ведь в чём отличие современной, развитой экономики от развивающейся экономики? А у нас пока развивающаяся экономика. В том, что перипетии власти: кто куда попадёт, кого изберут, кого не изберут – в целом не очень сильно отражаются на инвестиционном климате. В конце концов, какая по большому счёту для Британии разница, кто станет премьер-министром? Или же для Соединённых Штатов Америки, кто станет президентом? Их инвестиционный климат, состояние валюты зависят всё-таки в меньшей степени от того, победят, допустим, консерваторы или лейбористы, или победят, например, республиканцы или демократы.Н.БАКЛИ: Кажется, что этот вопрос важен инвесторам?Д.МЕДВЕДЕВ: Для нас пока – да, спорить не буду.Н.БАКЛИ: Допускаете ли Вы, что и Вы, и Владимир Путин смогли бы одновременно баллотироваться в Президенты?Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, я думаю, что это трудно себе представить по одной причине как минимум. Дело в том, что мы с Владимиром Путиным (и с моим коллегой, и старым товарищем) всё-таки в значительной мере представляем одну и ту же политическую силу. В этом смысле конкуренция между нами, она может пойти во вред, собственно, тем задачам и тем целям, которые мы реализовывали последние годы. Поэтому, наверное, это был бы не лучший сценарий для нашей страны и для конкретной ситуации.Н.БАКЛИ: Не считаете ли Вы, что такая открытая конкуренция была бы хороша для развития демократии в России?Д.МЕДВЕДЕВ: Открытая конкуренция – всегда хорошо.Н.БАКЛИ: А почему не на пост Президента?Д.МЕДВЕДЕВ: Потому что я только что сказал, что участие в выборах ведь заключается не в том, чтобы способствовать развитию лозунга свободной конкуренции, а в том, чтобы победить.Н.БАКЛИ: Вы давно работаете вместе с Владимиром Владимировичем, 20 лет, я думаю. Раньше Вы были его подчинённым, сейчас другая ситуация. Как ваши отношения изменились за этот период?Д.МЕДВЕДЕВ: Знаете, с одной стороны, наши отношения ни в чём не изменились, потому что мы действительно давным-давно друг друга знаем, и начинали мы не с отношений: кто-то подчинённый, кто-то начальник. Мы с ним начинали с абсолютно равных позиций. И он, и я работали советниками председателя Ленсовета, а тогда им был будущий мэр Петербурга (Анатолий) Собчак. А потом я действительно работал у него (Владимира Путина) в аппарате, в Администрации (Президента), работал в Правительстве, а сейчас Владимир Путин работает Председателем Правительства, которого я представил Государственной Думе. Поэтому в этом смысле ничего не изменилось.Но, с другой стороны, конечно, мы тоже меняемся, и не буду скрывать, но любая должность накладывает на любого человека отпечаток. Могу сказать прямо: президентская должность – должность руководителя страны – очень сильно меняет восприятие жизни, иначе невозможно было бы работать. И, конечно, это тоже сказывается и на каких-то нюансах наших отношений. Это тоже нормально.Н.БАКЛИ: А каким образом это влияет на взгляды на жизнь?Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, не скажу ничего сверхъестественного, если скажу, что работа Президента – это всё-таки высшая форма ответственности и, если хотите, это постоянное напряжение. В любой другой должности, в которой бы я ни работал, у меня были такие мгновения или даже иногда дни, когда я мог выключить телефон и спокойно отдыхать, заниматься спортом, и я понимал, что даже если меня не найдут – ничего не случится. А у Президента другая ситуация, его всегда должны найти.Н.БАКЛИ: Многим кажется, что в последнее время увеличиваются разногласия между вами и Владимиром Владимировичем. Есть ли сейчас какое-то напряжения в тандеме?Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, я не думаю, что между нами увеличиваются разногласия. Но я уже говорил на эту тему: и я и Владимир Владимирович – мы всё-таки разные люди. У нас общая образовательная школа – мы закончили юридический факультет Петербургского университета. В этом смысле у нас в целом близкое мировоззрение. Дальше у нас был разный жизненный путь. Конечно, у каждого человека есть свой набор привычек, представлений. Наверное, мы в чём-то по-разному оцениваем сегодня и, допустим, методы достижения тех или иных целей, но я считаю, что это хорошо, что это преимущество. Если вообще на все вопросы смотреть одинаково, никакого движения не будет. Всё-таки любое движение – это следствие разрешения тех или иных противоречий. Но считать, что между нами углубляется какой-то разрыв, мне кажется, это абсолютно неверно…Полностью с интервью Дмитрия Медведева газете The Financial Times (английский вариант беседы) можно ознакомиться на сайте издания.



Рекомендуем