Военная турбаза


© Изображение из открытых источников
Сегодня, 22 сентября 2011 года, Государственная дума Российской Федерации ратифицирует соглашения России с Южной Осетией и Абхазией о размещении на их территории военных баз.
Соотвествующие законопроекты в палату внес президент Медведев еще 8 августа этого года. Сами соглашения были подписаны в 2010 году – 17 февраля с Абхазией и 7 апреля с Южной Осетией. Журналисты «Московских Новостей» («МН») попытались разобраться, чего больше эти соглашения принесут России – пользы или проблем.После конфликта с Грузией в августе 2008 Россия сразу ликвидировала прежний формат военного присутствия в Абхазии и Южной Осетии. До войны оно определялось мандатами миротворческих операций, выданными в абхазском случае советом глав государств СНГ, а в осетинском – четырехсторонней комиссией с участием России, Грузии и обеих Осетий. Августовская война дала России возможность самостоятельно определять объем своего присутствия в Абхазии и Южной Осетии. Признав их в августе 2008 года, Россия объявила, что готова разместить в каждой из республик по 3800 солдат и офицеров. Соглашения о базах и теперешняя их ратификация – формальное закрепление этого намерения. Сейчас, как известно, речь идет о морской базе в Очамчире и авиабазе в Гудауте (Абхазия), а также о нескольких военных объектах Минобороны РФ в Южной Осетии – в Цхинвали и Ленингорском районе, который до 2008 года контролировался Грузией.«Эти базы очень важны для России – они обеспечивают ее безопасность на южном стратегическом направлении, - полагает первый вице-президент Академии геополитических проблем доктор военных наук Константин Сивков. - Если мы теряем Абхазию и Южную Осетию, мы теряем и весь Северный Кавказ. А, развертывая в республиках наши базы, мы обеспечиваем там политическую стабильность и гарантируем им безопасность, что означает безопасность самой России (Причерноморья, Ставропольского и Краснодарского краев) и порядок на ее южной границе». В Тбилиси многие считают, что базы Вооруженных сил РФ в Абхазии и, особенно в Южной Осетии, расположенные в нескольких десятках километров от грузинской столицы, нужны России для военного контроля над Грузией. «Для России не так важно, что эти базы находятся в непосредственной близости от Грузии, - возражает Сивков. - Гораздо важнее, что без них Тбилиси мог бы попытаться захватить Абхазию и Южную Осетию. В результате под боком у России образовался бы рассадник терроризма и другого рода военных угроз». Впрочем, с грузинской точки зрения, никаких независимых республик по-прежнему не существует, поэтому российское военное присутствие там просто форма оккупации территории Грузии, а никакая не гарантия безопасности.«Базы в Абхазии и Южной Осетии нужны в первую очередь самим этим республикам, чтобы защищать их от возможной агрессии со стороны Грузии, - сказал «МН» ответственный секретарь «Независимого военного обозрения» Виктор Литовкин. - Но важны они и для  России, поскольку усиливают ее представительство на Черном море. Выходы к этой акватории имеют члены НАТО – Болгария, Румыния, Турция. Хотя и утверждается, что альянс не является противником России, фактически нельзя исключать возможность конфликта с ним, поскольку от своей антироссийской сущности блок так и не избавился. Об этом говорит и создаваемая им система ПРО, и стремление расширяться на восток. Кроме того, базы в Абхазии и Южной Осетии образуют единое целое с российскими базами в Гюмри (Армения) и Габалинской РЛС (Азербайджан)».Независимый эксперт Андрей Солдатов полагает, что такого целого не существует: «Габалинская РЛС стремительно теряет свое значение чисто по технологическим причинам, ее едва ли можно рассматривать как объект серьезной военной инфраструктуры. Размещение баз в Абхазии и Южной Осетии – это политика, а не решение Минобороны. Минобороны хотело бы, наоборот, сокращать боевые подразделения на Кавказе, этот процесс приходится даже специально тормозить, как это произошло, например, с 22-й бригадой спецназначения на Северном Кавказе. Базы в Южной Осетии и Абхазии – единственное более-менее разумное политическое обоснование поддержки, которую Россия им оказывает».Между тем в военных соглашениях с республиками есть пункты, которые уже привели к некоторым сложностям в их отношениях с Россией. К примеру, в Абхазии Минобороны РФ претендует не только на базы, но и на рекреационные объекты, например ведомственные санатории Московского военного округа и сил противовоздушной обороны в Сухуми. Этим летом было объявлено, что Минобороны закрывает санатории на ремонт и увольняет 1300 местных сотрудников. Для республики, которая не может похвалиться избытком рабочих мест, это ощутимое количество. Чтобы урегулировать вопрос, министр Анатолий Сердюков в июле специально прилетал в Абхазию, но никаких изменений в судьбе санаториев это не принесло. Абхазский персонал готовится к тотальному увольнению, правительство республики обещало остающимся без работы людям сохранить за счет республиканского бюджета две трети содержания до тех пор, пока они не устроятся на новую работу. Пикантность ситуации усугубляется тем, что, по словам местного эксперта Роина Агрбы, единственный нормативный акт, касающийся этих санаториев, помимо российско-абхазских соглашений, заключенных после 2008 года, – акт о национализации рекреационных объектов Республикой Абхазия, принятый еще в 1991-м.Иван Сухов, Артем КобзевМосковские Новости



Рекомендуем