18+

Напомню, что 5 декабря в столице на улицы вышло 8000 несогласных с результатами выборов, фальсификация которых не вызывает у митингующих сомнений, арестовано на 6 декабря больше 650 человек, в том числе известных блоггер и антикоррупционер, автор проекта «РосПил» Алексей Навальный, повсюду военная техника, а в Москву свезено 15000 представителей прокремлевских молодежных движений, цель которых боем барабанов заглушить лозунги оппозиции.



10 декабря по всем городам России прошли мирные митинги, которые также опротестовывали результаты выборов 4 декабря. В Москве на Болотной площади собралось по разным данным от 50 до 80 тысяч человек. Причем собравшиеся не призывали к революции, а напротив, пришли с цветами и белыми лентами, как на праздник.

Это был самый крупный митинг в Москве с момента распада СССР. Власти же лишь в последний момент согласились разрешить акцию на Болотной, но в то же время ограничили участие в ней учащихся старших классов школ.

О том, что же происходит сейчас внутри России, о причинах ситуации и путях ее разрешения, наш обозреватель Алина Фурсенко поинтересовалась у известного политолога, политического аналитика и эксперта института гуманитарно-политических исследований Владимира Борисовича Слатинова.

Алина Фурсенко: Контингент  митингов уже не напоминает малочисленную аудиторию акции протеста против 31 статьи конституции на Триумфальной площади (запрет мирных митингов без санкционирования), теперь на улицы вышла в основном молодежь и средний класс. Что изменилось?

Владимир Слатинов: Дело в том, что молодежь начала осознавать, что кто-то в будущем хочет добиться успеха, но каналы мобильности в рамках данной системы  закрыты, все высокопоставленные должности уже заранее отданы детям чиновников, а в политическую систему шансов попасть практически никаких. Даже из поддерживающих Единую Россию активистов молодежных движений, в правительство может попасть один из 10 тысяч, а удел остальных – махать флагом. Молодежь понимает, что ей не к чему стремиться, а хочется ощущать возможность роста и развития.

Алина Фурсенко: Главная фигура протеста и неформальный лидер оппозиции в последнее время, человек, стоящий за рамками политической системы, Алексей Навальный, не принадлежащий ни к одной из партий. Это фигура? Прочите ли вы ему какое-то будущее как политическому деятелю?

Владимир Слатинов: Безусловно, Навальный – фигура. У меня к нему отношение противоречивое, с одной стороны, человек очень грамотный, умный, либерально ориентированный, но с высокой долей популизма. Хотя я понимаю, почему это происходит. Владислав Сурков, заместитель администрации президента, создатель Единой России  и главный идеолог Кремля, нарисовал абсолютно искусственную политическую систему, он выдал лицензии семи партиям, никаких новых игроков он не впускает. За последнее время, помимо «Парнаса», Партии Народной Свободы, в лицензии было отказано еще 10 партиям, если кто-то и допускается, то только те, кто согласен играть по правилам господина Суркова лично. Классический пример – Прохоров. Как только человек проявил самостоятельность, ему сразу же обрезали крылья, поэтому и Навальный понимает, что в системном поле ему делать нечего.

Алина Фурсенко: Он мог бы теоретически быть одним из лидеров партии?

Владимир Слатинов: Вполне возможно. Поэтому он сейчас окучивает несистемный пласт. В условиях искусственной системы несистемный не есть маргинальный. В этом смысле он ведет себя очень адекватно. Многие считают его популистом припоминают ему участие в русских маршах, но он набирает мощь как политик за рамками системы, прекрасно понимая, что эта система развалится. Великий комбинатор Сурков в интервью Минаеву заявил, что мы должны разомкнуть систему, конечно,  размыкать эту систему будет он сам, но это все равно говорит о том, что власти поняли, что размыкать все-таки надо. Когда система будет разомкнута, либо сознательно, либо уже стихийно, у Навального будет шанс возглавить довольно мощную политическую силу.

Алина Фурсенко: В последнее время в соцсетях был популярен ролик под названием «Ждет ли Путина судьба Каддафи», распространяли его активисты молодежных прокремлевских движений.

Владимир Слатинов: В России хотя и мягкий (благодаря чему мы с вами разговариваем), но персоналистский авторитарный режим. А все подобные режимы, которые не понимали необходимости открытия шлюзов, размыкания системы и перехода к нормальным демократическим формам, кончали достаточно плохо. У меня есть осторожный оптимизм. У власти перед 4 декабря было 2 стратегии: они могли нарисовать себе 65 %, но, слава Богу, хватило ума подрисовать только до 50%(смеется), то есть на выборах был частично выпущен пар. Не смотря на то, что, поскольку применение административного ресурса и фальсифицирование было столь массовым, что у большой массы общества осталось осознание нелегитимности выборов, власть сделала шаг навстречу реализму.

Алина Фурсенко: Какие еще шаги могут быть предприняты властью?

Владимир Слатинов: Возвращение выборов мэров, выборов губернаторов. Недавно Сурков обмолвился, что отмена губернаторских выборов привела к плачевным результатам. Следующий момент: открытое партийное строительство (снятие по факту действующего запрета на это) и обеспечение прозрачности выборов.  Но если действовать в этой логике, то власть нынешняя должна будет мирным способом или потесниться или уйти с возможной перспективой возвращения. Если этого не произойдет, то рано или поздно нас ожидает сценарий обвала системы.

Алина Фурсенко: В районе четвертого  марта 2012 года?

Владимир Слатинов: Я не знаю, 4 ли марта. Еще неделю назад никто не ожидал, что произойдет то, что произойдет, но вот в Москву вводят внутренние войска, очевидно, что ребята у власти перетрухнули. 5 и 6 декабря происходит невероятное, это движение остановить будет уже сложно.

Алина Фурсенко: А если власть закрутит гайки?

Владимир Слатинов: Если гипотетически власть перейдет к силовым стратегиям (Лукашенко, например, удалось гайки закрутить), то это все равно на время. Какое – вопрос. К тому же Россия – не Белоруссия, это большая страна, и потенциал подавления у нашей власти невысок. Она способна на локальные репрессии, но не способна на репрессии массовые и жесткие. Сегодняшние настроения народа вернуть назад уже нельзя.  Власть вынуждена будет идти на постепенные уступки.

Алина Фурсенко: Вы не рассматриваете вариант с массовой миграцией несогласных?

Владимир Слатинов: Она идет, и власти рады этому. Современная российская система намного изощреннее советской, она более открытая. Благодаря оттоку не только людей с рублевки, но и молодых профессионалов, не возникало критического пара. До недавнего времени. Либо нынешняя система эволюционирует, либо (я сам этого не хочу) мы переживем второй обвал. Но не как ученый, а как человек я имею надежду, что постепенно мы будем отвоевывать все новые рубежи: губернаторские выборы, потом мэрские, регистрация новых партий. И тогда через 5-6 лет мы будем иметь другую страну.

Алина Фурсенко: Вы надеетесь, что ситуация, что называется, «не перекипит» и все обойдется без критических моментов, иными словами, 90-е, которых так боится поколение, пережившее их с трудом, не повторятся?

Владимир Слатинов: Это «пугало» уже не действует. Вернее, действует на кого-то, и действовал все 10 лет, но постепенно память стирается, а молодое поколение просто не застало тех событий. Власть не понимает того, что существует пирамида Маслоу, она действует. Да, страна получила некую стабильность, но дальше страну волнуют такие вещи, как справедливость, эффективность государственного управления, некоррумпированость, честность суда. А власть искренне не понимает и удивляется: «Ну, мы же вам построили школу! Мы же вам дорогу построили!», а то, что хочется, чтобы в этой школе был учитель с хорошей зарплатой, чтобы разница между зарплатой учителя и директора не была в 20 раз, как это сейчас в школах и в ВУЗах, чтобы тендеры на строительство выигрывался честно – этого наши правительственные ребята не понимают. А общество подошло к этому следующему этапу потребностей и желаний. Решив проблему стабильности власть сама породила в обществе подобные настроения.

Алина Фурсенко: Стагнация режима Брежнева привела к перестройке. Все циклично?

Владимир Слатинов: Естественно. Нужно меняться эволюционно, но так меняться наши ребята не хотят. Но пока, к счастью, революционный сценарий у нас в России невозможен, но я все равно поддерживаю нынешние протесты, потому что это форма давления на власть.

Алина Фурсенко: 4 и 5 декабря в разгар многотысячного выступления оппозиции на Чистых прудах и Триумфальной площади федеральные телеканалы не сказали об этом ни слова. В репортажах были только премьер и президент, поздравляющие страну с победой Единой России и 15-тысячная толпа представителе прокремлевских движений, празднующая ее на улицах Москвы. Молодых активистов свезли из разных городов России, чтобы заглушить боем барабанов лозунги оппозиционеров.

Владимир Слатинов: Федеральные каналы сейчас играют ту же самую роль, что и во времена позднего СССР, они просто обеспечивают идеологическое прикрытие власти. Смешно и горько.

Алина Фурсенко: Напоминает трансляцию балета «Лебединое озеро» во время августовского путча, не правда ли?

Владимир Слатинов: Конечно.

Алина Фурсенко: Что на ваш взгляд стоит ожидать от президентских выборов?

Владимир Слатинов: Ситуация, сами видите, быстро меняется. Исходя из того, что мы имеем на данный момент, ясно, что у Владимира Владимировича не будет легкой победы, ему даже будет тяжело победить в первом туре. Совершенно неуклюже и смешно звучит после выборов заявление пресс-секретаря Путина Дмитрия Пескова о том, что Путин и Единая Россия – не одно и то же. Как будто не Единая Россия выдвигала Путина в президенты, как будто он не присутствовал на всех партийных конференциях. Это дикое неуважение к партии и к избирателям. Но вполне ожидаемый ход – рейтинг партии власти падает еще быстрее, чем рейтинг самого политика. У Путина уже не получается сохранять имидж «мудрого царя», стоящего над партией и над правительством. Скорее всего, он победит, но победит уже с большим трудом. Власть хочет, чтобы выборы 2012 стали дежа вю выборов 2000 года. То есть, в списке претендентов мы увидим те же лица, что и 12 лет назад плюс какие-нибудь политические фрики, вроде Богданова. Если гипотетически предположить (это не моя идея, а идея Станислава Белковского), что КПРФ и эСэРы объединятся  и выдвинут от единой партии кандидата, и это будет не Зюганов и не Миронов, а, например, Оксана Дмитриева, являющая полной противоположностью Путину, и не только, как шутит Белковский, по использованию ботокса, то будет однозначно второй тур выборов. Мы бы имели грандиозную интригу, но думаю, что Кремль сделает все от него зависящее, чтобы этого не допустить. А сейчас мы будем наблюдать дистанцирование Путина от Единой России, раздачу социальных обещаний, но переломить ситуацию очень сложно. Произошло несколько значимых вещей: во-первых – грандиозная усталость, даже люди, относящиеся к Путину весьма неплохо, от мысли, что он придет к власти еще на 12 лет впадают беспросветную тоску. Владимир Владимирович же не скрывает своих намерений, он все время говорит о четырех сроках правления Рузвельта. Во-вторых – десокрализация образа. До самого посленднего времени он воспринимался как хороший царь. Есть плохой Зурабов, который осществил монетизацию льгот, но хороший Путин, не смотря, что Путин, а не кто-то другой этого плохого Зурабова назначил. Есть плохое правительство, которое назначил Путин, но Путин хороший. Этим страна жила очень долго, это классическая ментальная установка русского человека: царь хороший, бояре плохие. Сейчас эта граница исчезла, в сознании простых людей теперь вся властвующая корпорация – это одно и то же. Поэтому победить будет сложно.

Алина Фурсенко: А что, по-вашему, стоит ожидать от дальнейших кадровых назначений?

Владимир Слатинов: Дело в том, что власть закупорила  все возможные механизмы рекрутирования кадров, даже в Китае при однопартийной системе, правящие кадры за последние 10 лет обновились на три четвертых. В демократических системах это происходит в результате свободных выборов, а у нас нет ни того, ни другого. Путин не раз говорил, что он человек  в кадровой политике консчервативный, в отличии, например, от Ельцина, которой мог  убрать с доски все фигуры одним махом, Путин в силу своей ментальности на это не способен. Нынешняя система настолько инертна, что практически не сможет себя обновить. Моральное поражение правящей партии на этих выборах принуждает систему хотя бы симулировать обновление. Забавно, недавно Песков сказал какую-то красивую фразу о том, что Путин будет новый, об этом уже шутят: прыгнет в кипящий котел  и выскочит добрый молодец. Вряд ли, не верю, однако, может быть, это внешнее давление заставит что-то предпринять.

Алина Фурсенко: Главный аргумент тех, кто отговаривает людей выходить на митинги, в том, что якобы, если в России совершится переворот, то прилетят американцы и принесут «демократию» на крыльях истребителей. Что думаете по этому поводу?

Владимир Слатинов: Любая революция имеет 2 составляющие. Первое  - элемент организации, внутренний и внешний. Октябрьская революция делалась на деньги немецкого генштаба, рабочим Петрограда платили за выход на митинги. Любая революция привлекает внимание каких-то игроков. Но без внутреннегот движения она невозможна. Что в 2005 году можно было сделать с системой? Ничего, она стояла, как скала. Проблема в самой системе. Украина вообще прошла целый революционный цикл, где сейчас в Украине засилье американцев? Пока внутри не полыхнет, внешние импульсы не действуют.

Алина Фурсенко: Что скажете о личности уходящего президента Дмитрия Медведева?

Владимир Слатинов: Скажу политкорректно: Дмитрий Анатольевич сильно разочаровал, во всех смыслах. За последние 2 месяца мы поняли, что нет никакого либерала, нет абсолютно. Это крайне авторитарная личность, проявившаяся в истории с Кудриным, с Лужковым. У Путина есть внутренние ограничения и перегородки, например, Владимир Владимирович никогда не ведет себя с губернаторами, как с провинившимися школьниками, как это делает Дмитрий Анатольевич. Для меня это очень показательно. Когда Дмитрий Анатольевич грозит губернаторам ответственностью за результаты выборов, когда он, пользователь интернета и ай-пада говорит о том, что видеоролики, зафиксировавшие фальсификацию на выборах, искусственно снятые, когда в Твиттере он позволяет себе сгоряча использовать нецензурную брань, видишь перед собой уже не либерального человека, а вполне авторитарного. А в последние месяцы он делает такие заявления, как будто страной управлял кто-то другой, а не он. На встрече в Сколково он говорит о том, что в России нет нормального чиновничества. Мало кто знает, но Медведев возглавлял комиссию по реформе госслужбы с 2000 по 2005 год. Человек, непосредственно ответственный за реформу чиновничества говорит о том, что у нас нет нормального чиновничества. Кто у нас вообще страной руководит? Слатинов Владимир Борисович или те, кто сидел перед ним в Сколково? Это забавно. Апофеозом, конечно, стала фраза, сказанная на съезде Единой России: «Всех достала тупость и коррумпированность системы». Конечно, той самой системы, которой вы управляете уже 12 лет (смеется). У меня такое ощущения, что он взял ластик и стер свою политическую репутацию.

Алина Фурсенко: В таком случае, как думаете, займет ли Дмитрий Анатольевич кресло премьер-министра в случае переизбрания Путина?

Владимир Слатинов: Если Путин не назначит Медведева премьером, это по факту признание поражения. Они всю кампанию строили на рокировке. Но на какой срок – вопрос. В новый политический цикл он вступает с пониженным курсом своих политических акций.

Популярное

Нашли ошибку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter
По вопросам рекламы и любого другого сотрудничества, пожалуйста, пишите нам на info@solovei.info