После того, как Мосгорсуд признал бывшего майора виновным и приговорил к пожизненному лишению свободы, милиции предстоит провести внутриведомственную проверку.
– Помимо приговора Евсюкову, Мосгорсуд в пятницу вынес частное определение на имя министра внутренних дел России Рашида Нургалиева. Значит ли это, что московскую милицию ждут дальнейшие кадровые перестановки?
– Начнем с того, что это повторное частное определение. Первое вынесло Главное следственное управление СКП РФ. И… ничего после того определения сделано не было. Более того, те изменения, которые произошли, я имею в виду увольнение начальника ГУВД Москвы, несшего персональную ответственность за кадровую и воспитательную работу в московской милиции, не было наказанием в чистом виде. Мы узнали, что руководитель ГУВД уволился по собственному желанию по выслуге лет. Он – добропорядочный гражданин, собирается преподавать в высших учебных заведениях, делиться опытом. Поэтому мы считаем, что на первое определение – от Главного следственного управления – реакции министра не последовало. И мы настояли на повторном определении, уже от суда, поскольку неисполнение решения суда в отличие от частного определения следственного управления – уголовно наказуемо.
Что теперь последует? На мой взгляд, министерство должно провести служебную проверку и выявить причины, приведшие к столь ужасному преступлению. Ведь если разобраться, в нем виноват не один Евсюков, а большое количество должностных лиц, несущих ответственность за воспитательную и кадровую работу в милиции. Это абсолютно очевидно. И профилактика подобного рода правонарушений требует служебной проверки и служебного расследования, наказания тех или иных должностных лиц. Конечно, в рамках этой проверки возможны отставки, но отставки не по собственному желанию и не на пенсию с почетом, а отставки с определенными взысканиями и определенными оргвыводами.
– На ваш взгляд, «дело Евсюкова» повлияло на реформу МВД, на те кадровые перестановки, что проходят сейчас в милиции?
– Думаю, повлияло косвенно. О количестве правонарушений в правоохранительных органах, о том ужасающем положении, в котором милиция находится, было известно и раньше. Вопрос о реформе МВД стоял давно. Просто Евсюков послужил катализатором этого процесса, он ускорил его. Было очевидно, что если Россия выбирает инновационный путь развития, правоохранительную систему необходимо менять. С такой милицией, которая у нас, невозможно строить инновационную экономику.
– На коллегии МВД в минувший четверг Нургалиев заявил, что в милиции принята внутриведомственная инструкция, и психологическое состояние сотрудников отныне будут контролировать. Неужели раньше подобный контроль не проводился?
– Проводился. Но как говорится, дьявол – в деталях. Изначально, когда институт психологов только задумывался, эти службы подчинялись федеральному руководству. Потом их переподчинили руководству на местах. Но когда эти службы подчинены местному начальству, эффективность их работы равна нулю. Психологические службы должны быть независимыми, а их выводы и рекомендации должны быть обязательны к исполнению. И местные руководители не могут лишать психологов зарплаты, выгонять их, назначать в угоду себе каких-то послушных людей. Как вы понимаете, когда психологические службы подчиняются местному руководству, все эти условия не исполняются. Вопрос психологического контроля – системный, он требует вроде бы мелких, но в то же время существенных изменений.
– Защита Евсюкова заявила, что обжалует приговор. Каковы шансы, что удастся смягчить наказание?
– Небольшие. Доказательства собраны в полном объеме, исследованы без нарушений, тут все постарались. У нас, конечно, были определенные нарекания к качеству расследования, но, тем не менее, есть неоспоримые аргументы, от которых никуда не деться, – это пленка, которая запечатлела львиную долю правонарушений Евсюкова. Поэтому вероятность того, что вышестоящая инстанция что-то существенно изменит в приговоре, близка к нулю.
– Когда-нибудь через много лет Евсюков может выйти по амнистии?
– Такого в истории не было, чтобы амнистировали тех, кто пожизненно лишен свободы. И, думаю, не будет никогда. Вероятность того, что через 25 лет Евсюкову смягчат режим содержания, есть, такая возможность прописана в уголовно-исполнительном кодексе. Но эта вероятность – примерно как Лохнесское чудовище: оно есть, но его никто не видел.